Russian Emirates #112 (January-February 2024)

Все это говорит о том, что далеко не все наши мысли и образы являются нашими собственными – многие из них передаются и внедряются извне. Успешным мемом является тот, который способен оказать наибольшее влияние на своего носителя. А эволюция культуры – не более чем эволюция мемов, осуществляющаяся при помощи мутаций, копи- рования и естественного отбора, в ходе которого «выживают» самые успешные репликаторы или идеи. Истинность мемов при этом не имеет никакого значения, поскольку главную роль в процессах репликации играет их способность копировать себя при передаче от одного носителя к другому. Это положение особенно важно в контексте настоящего времени и современного глобального медиа-про- странства, где люди склонны верить медийным персонам, кумирам или инфлюэнсерам даже порой больше, чем собственному мнению или ощущению. Мемы могут захватывать разум одного или сотен людей и продолжать копироваться в про- цессе передачи от одного к другому. В этом смысле они действительно напоминают вирусы – одного, «зараженного» идеей, достаточно для того, чтобы мыслеобраз за короткое время передался дальше. Повторяя – осознанно или нет – поведение, реакции, мировоззрение, манеру говорить, верования других людей, мы «заражаемся», а затем передаем менталь- ный вирус другим. Психолог Николас Хамфри считал, что мемы можно считать живыми структурами. «Посадив в свой разум плодовитый мем (идею, мыслеобраз), вы буквально поселили в нем паразита, превратив тем самым разум в носителя, где происходит размно- жение этого мема, точно так же, как размножается какой-нибудь вирус, ведущий паразитическое суще- ствование в генетическом аппарате клетки-хозяина». Психолог утверждал, что вирусная природа культурных генов – не просто речевой оборот, при- водя в качестве примера мем «веры в загробную жизнь», который способен реплицироваться мил- лионы раз как некая структура в нервной системе не связанных между собой людей. Современный же медиа-мем просто сжимает и упаковывает общественный опыт, знания и эмоции, и передача смысла в таком формате проходит проще и быстрее. У людей часто не хватает времени на то, чтобы подробно объяснять свое отношение к событиям. Вместо того чтобы печатать длинный текст, мы отправляем картинку, и нас понимают мгновенно. Мемы, конечно же, не живые вирусы, а мен- тальные абстракции, однако сама модель «вирус – контакт – заражение – эпидемию» работает так же успешно. Мем похож на троянского коня, которого мы сами впускаем в ворота нашего сознания, при- няв за приятный контент, дар или красивый образ. Внутри такого «коня» могут находиться истории, люди, события, изобретения, теории общественного строя, учения, научные гипотезы и даже сексуаль- ные скандалы. И, как показывает опыт крупных информационных и политических кампаний, медиа- мемы прекрасно способны управлять аудиторией. Мимемы, как полагал Докинз, во многом подобны генам. Эти «культурные гены» способны передавать информацию от одного человека другому так же, как участки ДНК переносят через поколения генетическую информацию. Для удобства, а также для при- дания большего сходства с английским словом «ген» (англ. gene) Ричард Докинз сократил термин «мимем» до «мем». Мем стал единицей культурной информации, которая поддается копированию и находится непосредственно в сознании человека (в отличие от биовирусов, поражающих тело). Он передается от человека к человеку в ходе межличностного общения, восприятия художественного образа или имитации (подражания). Как и вирусные заболевания, мемы имеют огромную скорость распространения, «мутируют» и получают новые толкования, меняя свой изначальный смысл. Докинз заявлял, что мем можно легко использовать как рычаг давления на сознание людей и трансляции им нужных понятий и доминант – для этого нужно просто заклю- чить его в красивую упаковку. Общество / 81 КУЛЬТУРА & ИСКУССТВО