со стороны покупателей. На них голосуют профес-
сионалы, покупают ювелиры, частные клиенты. Ры-
нок всегда знает, что ему нужно. И поэтому цены,
которые видно и слышно на аукционе, – это и есть те
самые рыночные цены, которые тот или иной кли-
ент готов заплатить за тот или иной камень. Аукци-
онные дома Christie’s и Sotheby’s проводят ежегодно
четыре аукциона – вЖеневе, Лондоне, Нью-Йорке
и Гонконге. Всегда можно посмотреть на результаты
этих аукционов. 12 ноября будет роскошный аукци-
он вЖеневе. Я собираюсь принимать в нем участие.
Буду покупать камни. И уже заранее получил ката-
лог аукциона. Знаю, за какие камни буду бороться…
Поделитесь с нами рыночной информацией?
М. А:
Поделюсь, конечно. Но рынок драгоценных
камней вялотекущий. Это не акции: открыл компью-
тер, посмотрел, что сколько стоит, а потомпо текущей
цене продал…Дело в другом…Благодаря нашимис-
следованиям, которые охватывают столетний период
(с 1913 года по 2013 год), мы доказали, что ежегодно
рост камней составлял в среднем 5-7%в год. Ацвет-
ные камни росли на 12-15-20%в год. За последние
даже 15 лет после миллениума я лично самнаблюдал
рост 400%– 500%. Икаждый год, принимая участие
в выставках, в Базеле и в Гонконге, я вижу, что сырья
становится все меньше именьше…
А цены все выше и выше?
М. А:
Да, и это обусловлено именно тем, что кам-
ни – это ведь не грибы. Сорвал, а через год
из грибницы еще один вылез… Камни образовы-
вались 5-7 и даже 10 млн лет назад. При опреде-
ленной температуре, на определенных глубинах…
Но дело в том, что рождение камня может идти
очень долго. А человечество быстро развивается,
и ученые говорят, что в 2030 году нас будет уже
9 млрд человек… А еще сто лет назад нас было все-
го 2 млрд. И тогда же богатых семей было в тысячи
раз меньше, чем сейчас. Поэтому люди покупали
самые лучшие, самые ценные камни. И они счи-
тались ценными вложениями для аристократии
и богатых семей. Сегодня драгоценные камни,
например, самых маленьких размеров стали до-
ступны практически всем. Просто они исчерпы-
ваются. И потому сегодня лучшие представите-
ли изумрудов, сапфиров, рубинов, алмазов идут
в самые лучшие ювелирные дома. А количество
богатых людей в разы выросло, по сравнению тем,
что было, например, сто лет назад. Так что кам-
ней становится все меньше и меньше, а населения
все больше и больше. Именно этим и обусловлен
спрос. И высокие цены. Камни заканчивают-
ся…Но почему-то, когда я говорю про создание
какого-то личного инвестиционного фонда, ни-
кто не вспоминает, например, что у России суще-
ствует Алмазный фонд. И он контролируется Ми-
нистерством финансов. Это некий резерв.
Запас на черный день?
М. А:
Да. У России есть золото-валютные резервы.
В золоте – это понятно. Но доллар и евро – это не-
кие мифические счета в каких-то мифических ми-
ровых банках. Какой-то непонятный актив. А вот
то, что у Минфина есть Алмазный фонд, размер
которого варьируется от US$200 до US$300 млрд,
то это – кубышка на черный день, которая перио-
дически открывается, когда происходят кризисы.
Алмазные фонды есть и у других стран. И это по-
казывает то, что само государство думает о том,
чтобы держать алмазы как альтернативные инве-
стиции. Вот и все…Поэтому мы сейчас и говорим
только о сохранении капитала. Экономисты назы-
вают драгоценные камни и золото квази-деньга-
ми. И это некий актив, который можно обменять,
в случае потрясений: мировых воин, экономиче-
ских кризисов, смены власти…Что угодно может
произойти. И тогда, возможно, кроме этих золотых
слитков и камней, ничего не останется для обмена
на жизнь, спасение детей…
Вы создали реестр драгоценных камней…
М. А:
Для своих клиентов мы создали в Лондоне
фонд, помогающий клиентам заниматься альтерна-
тивными инвестициями. И в нем хранятся копии
сертификатов и фотографии камней, которые на-
ходятся в собственности у клиентов. Мы никогда
не держим чужие камни у себя. Клиенты могут ку-
пить их через нас. Но затем они их держат и прячут
в своих ячейках. В Монте-Карло, Женеве, Цюрихе,
Дубае, Сингапуре…Но когда клиенту нужно про-
дать камень, он обращается к нам. И мы также мо-
жем запросить информацию: не хочет ли клиент
продать камень. И получить свой бонус.
А существуетли подобная мировая система
хранения сертификатов?
М. А:
Зачем? Чтобы преступники или государство
могли воспользоваться этим? Чтобы получать на-
логи или воровать кого-то за выкупы…Нет, пусть
все остается исключительно нашей частной прак-
тикой, которуюмы придумали для себя, для узкого
круга клиентов. Мы помогаем клиентам заниматься
альтернативными инвестициями, покупать камни
и физическое золото. А в мире сегодня продано зо-
лота в 92 раза больше, чем его существует в действи-
тельности. И если люди завтра потребуют физиче-
ски свои слитки золота из банков, то банки просто
не смогут ничего отдать!
Максим Арцинович:
«Сегодня запасы
драгоценных камней
исчерпываются. И
лучшие представители
изумрудов, сапфиров,
рубинов и алмазов идут
в лучшие ювелирные
дома..»
70
/
Man of the Year
NOVEMBER - DECEMBER 2013 /
LIFE STYLE
