Russian Emirates #86 (July-August 2018)
ВНИМАТЕЛЬНЫЙ ЗРИТЕЛЬ НЕПРЕМЕННО ЗАМЕТИТ СХОДСТВО «ФОНТАНА СВЕТА» С ПАМЯТНИКОМ III ИНТЕРНАЦИОНАЛА ВЛАДИМИРА ТАТЛИНА Ничто не мешает круговому осмотру скуль- птуры. Предусмотрительно расставленные вдоль стены скамейки так и просятся, чтобына них присели посетители, но не столько ради отдыха, сколько ради получения эстетического удоволь- ствия от самого произведения. ВФонтане гармо- нично сочетаются красота и глубокий смысл. Протестуя против действующего в Китае режима, художник обращается к библейскому сюжету о строительстве Вавилонской башни. Потомки Ноя задумали возвести башню высо- тою до небес, чтобы сделать себе имя. Мотив, побудивший людей к строительству, не понра- вился Господу, и он смешал языки. Строители перестали понимать друг друга, и башня так и не была возведена. У Вэйвэя Вавилонская баш- ня изображена в момент разрушения и ассо- циируется с коммунизмом. Многочисленные хрустальные бусины и обилие света – это эконо- мика Китая: страна является крупнейшим ми- ровым экспортером разного рода освещения. На этомистория не заканчивается, ведь вни- мательный зритель непременно отметит пораз- ительное сходствоФонтана Света с памятником III Интернационала, разработаннымВладими- ромТатлинымпочти 100 лет назад. Итак, по- является новый ассоциативный слой, не менее важный для понимания концепции Вэйвэя. В 1919 году Владимиру Татлину была пору- чена разработка проекта памятника III Интер- национала. Художник поставил перед собой глобальную цель: разработать новый художе- ственный язык, созвучный молодому и пер- спективному государственному устройству. Для него важно было сочетание творческой формы с утилитарной. Художественный за- мысел этого монументального произведения состоял в пропаганде нового режима и про- славлении пролетариата. Все детали были тща- тельно продуманы и «работали» на эту гло- бальную идею. Четырехсотметровый памятник представ- лял собой наклонную башню, возвышающую- ся вверх по спирали. Спираль – это движение, стремление, бег. Стальной каркас – символ эпо- хи, заданный чуть ранее Эйфелем, – был значи- тельно доработан Татлиным. Творческая форма перестала быть лишь формой – ведь сам памят- ник должен был иметь практическое примене- ние. Внутри было три пространства: нижнее, в форме куба, было предназначено для законо- дательных целей. Этот просторный зал должен был использоваться для проведения заседаний, собраний и конференций Интернационала. Над ним возвышалась пирамида, в которой должен был располагаться секретариат, а выше – ци- линдр: информационное бюро. Немаловажным являлась также идея вращения каждого из этих помещений. Куб делал бы один оборот за год, пирамида – за месяц, а цилиндр – за день. Макет памятника был представлен на VIII съезде Советов в 1920 году. К великому со- жалению художника, на правящую элиту стра- ны он не произвел должного впечатления. Да и технические возможности того времени не по- зволяли возвести столь грандиозный монумент. Проект остался лишь проектом, но зато каким! Благодаря его участию в международных вы- ставках о памятнике, хоть и неосуществлен- ном, заговорили все художники-авангардисты. Он стал символом эпохи. Не потерял он своей актуальности и сейчас, и Фонтан Света Ай Вэй- вэя тому доказательство. Примечательно, что в свои произведения Татлин и Вэйвэй вклады- вали полностью противоположный смысл. Цитируя Вавилонскую башню, башню Тат- лина, а также современный художнику Ки- тай, Вэйвэй демонстрирует безграничные воз- можности современного искусства, в котором гармонично синтезируются старые и новые художественные приемы и философские раз- мышления. 120 / Design ART & CULTURE
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MjQ5NDM=