Майя Плисецкая
aoae caAcyDAoe
Главным балетом «Лебединое озеро»
стало и для неподражаемой Майи
Плисецкой, продемонстрировавшей
зрителю безупречное исполнение всех
элементов, составляющих искусство класси-
ческого танца. В книге собственных воспо-
минаний великая прима упоминает:
«...Наверное, я танцевала «Лебединое
озеро» несовершенно. Были спектакли
удавшиеся, были с огрехами. Но моя манера,
принципы, кое-какие театральные новшества
привились, утвердились. «Плисецкий стиль»,
могу сказать, пошел по миру. Со сцены, с
экрана телевизора нет-нет да и увижу свое
преломленное отражение – поникшие кисти,
лебединые локти, вскинутая голова, брошен-
ный назад корпус, оптимальность фиксирован-
ных поз. Я радуюсь этому. Я грущу...».
euyCaoao ?ocoCCuo
Новый символ большого балета
и одна из самых выразительниц актрис
современности Светлана Захарова называет
«Лебединое озеро» лучшим спектаклем
из всех когда-либо существовавших
в истории: «Считается, что я – классическая
балерина, а классика – это Петипа.
Наверное, так считают не зря, наверное,
я его чувствую, и у меня хорошо получаются
его спектакли.…Все зависит от солиста,
от того, как он берется за партию. Мне его
спектакли очень подходят, и я себя очень
комфортно и уютно чувствую, особенно
если станцую партию неоднократно,
обкатаю уже несколько раз. Тогда просто
купаешься в танце… «Лебединое озеро» –
лучше этого спектакля.
Ульяна Лопаткина (Одетта) и Данила Корсунцев (Зигфрид)
Светлана Захарова
eaEeao aCcoCAAao
Приму Мариинского театра назы-
вают «самым нежным лебедем». Ни в
одном образе нельзя найти столько
грации, чувственности и пластики.
Эстетический катарсис, когда видишь
Ульяну Лопаткину на сцене, достигает
апогея, и зритель уже не может сдер-
жать слез. В одном из своих интервью
балерина отметила: «Всем известно
«Лебединое озеро», но я постоянно
сталкиваюсь с недоумением, восхище-
нием, интересом к тому, как я интер-
претирую известные партии. Например,
раньше никто не догадывался показать
зло Одиллии через таинственность,
изысканность и затягивающее, мистиче-
ское обаяние образа – без конкретных,
колких, жестких проявлений. Я человек
эмоциональный, и темпераментные
партии привлекают меня больше, чем
лирико-романтические – там скорее
нужно уйти в глубину образа. Доброту
всегда сложнее танцевать, чем что-то
яркое. Это как в жизни: мы обязательно
поворачиваем голову, когда кто-то
ведет себя неординарно, когда женщина
одета вызывающе и ломает рамки обще-
принятого поведения… Так же и в клас-
сике: Одиллию танцевать легче – этому
способствуют графика движения, его
агрессивная пластика, черные костюмы.
Белый лебедь – это танец рук, чистота,
простота, искренность».
Культура
/ 119
МИР
/ МАЙ - ИЮНЬ 2013
