119 / 214
ãĖùĆúĔâøÿøĈąĆúĉĂøė
«ЕСЛИ НЕ ПРОШЕЛ
ЧЕРЕЗ БАХА, НЕ МОЖЕШЬ
НАЗЫВАТЬСЯ МУЗЫКАНТОМ»
ЛюбовьЮрьевна, когда вы на сцене,
то не только поете, но еще и играете.
Я обратила на это внимание, потому
что ваша мимика была очень яркой и вы-
разительной.
Любовь Казарновская:
Для артиста, как го-
ворил Станиславский, «непоющее тело, не-
поющее лицо значит нечувствующее нутро».
Если ваше тело вместе с вами не поет, если вы
мимически не переживаете – вы и не поете.
А многих сейчас, к сожалению, учат только
громко петь.
Вас учили играть?
Любовь Казарновская:
Меня учили мои
учителя, а я в свою очередь учу этому своих
учеников. Они говорят, «Господи, нам же ни-
кто ничего такого в консерватории не гово-
рил. Главное – это выйти и громко орать». И
это максимум, чем занимаются педагоги в
высших учебных заведениях. А вот Надежда
Матвеевна Малышева-Виноградова, мой пе-
дагог, говорила: «Я с тобой буду заниматься
по методике Станиславского иШаляпина».
Она сама училась у гениального болонского
педагога Умберто Мазетти, который препо-
давал в Московской консерватории, а потом
аккомпанировала на фортепианоШаляпину.
Надежда Матвеевна взяла лучшее от
итальянской школыМазетти и русской
школы с ее глубиной и драмой. И когда я
пела с Лео Нуччи, гением итальянской опе-
ры, он спросил: «Вы где учились в Италии?».
Я сказала, что училась в России, и он не по-
верил. Когда же я упомянула, что училась
по технике Мазетти, он сказал, что с этого и
нужно было начинать.
Ваш сын пошел по вашим стопам?
Любовь Казарновская:
Да, ему сейчас 21 год,
он музыкант, скрипач и хочет быть дири-
жером. Причем мы с мужем совершенно не
настаивали на скрипке, так как я прекрасно
знаю, что такое скрипка – это 7–8 часов заня-
тий в день. Это адский труд. Пока скрипач не
найдет полную эластику в пальцах и теле, он
не сможет передать все то, что вложил в му-
зыку композитор.
А у него есть любимые произведения
или авторы?
Любовь Казарновская:
Есть композиторы, к
произведениям которых он только подбира-
ется, ведь и вокалисты не могут сразу испол-
нять экстремально сложные вещи. Он мечта-
ет сыграть все 24 каприса Паганини, но пока
играет только четыре. Сейчас он берет какие-
то вещи, например чакону Баха, и говорит,
что технически сыграть может, но вот чтобы
передать весь космос Баха, всю эту космич-
ность… Бах – это основа основ. Бах, Моцарт,
Бетховен, Чайковский, Рахманинов – это те
атланты, на которых стоит мировая класси-
ка. И конечно, к ним подбираются в разные
периоды жизни. На них нужно внутренне
настроиться, и, чтобы их исполнить, нужно
быть личностью.
Но есть музыка космическая, а есть очень
качественная земная музыка. Для меня это
Верди. Это земля. Итальянская земля, кра-
сивая, полнозвучная, с хорошим вином, про-
шутто и пастой. «Замечательный сын земли
итальянской», как писал о нем Чайковский.
А вот Бах, Моцарт, Бетховен, Рахманинов –
абсолютно другая планета.
Вы когда-нибудь исполняли Баха,
«Страсти поМатвею», например?
ЛюбовьКазарновская:
Конечно. Blute Nur из
Matheus Passion. Это была замечательная исто-
рия. СергейАлександрович Соловьев, чудный
режиссерфильмов «Асса», «Анна Каренина»,
«Черная роза – эмблема печали, красная роза
– эмблема любви», задумал снять фильм «Ме-
тафизика любви» о любви Тургенева иПоли-
ныВиардо, ведь Тургенев обожал ее 40 лет. Но
фильму не суждено было выйти на экраны. Гря-
нул кризис 1998 года, и все деньги, которые были
выделенына эту картину, в один день обесцени-
лись. Однако мы с СергеемАлександровичем
записали саундтрек к фильму, где и звучал Бах,
которого любила Полина Виардо, считая, что
если тыне прошел через Баха, то не можешь на-
зываться музыкантом.
А Erbarme dich вы пели?
ЛюбовьКазарновская:
Erbarme dich – это пар-
тия для меццо-сопрано, а я сопрано. Но Erbarme
dich – это вершина для меня. Виардо обожала
Erbarme dich и говорила, что когда она слышит
и переживает эту музыку, то ее начинает трясти
– музыка токами проходит через все тело. Это и
есть страстиХриста. Как говорит мой сын, чем
больше я играюБаха, тем больше он у меня вы-
зывает волнение. А самБах говорил, что если не
напишет очереднуюкантату илифугу, то зав-
тра ему будет нечего есть и нечем кормить свою
большую семью. Так что он писал по необходи-
мости, по заказу. И, кстати, именно он благосло-
вилМоцарта. Он сказал: «Вы, Моцарт, поймали
тот же божественный код, что имой отец, – раз-
вивайте его». Вот этот божественный код музы-
ки и есть ключ к Создателю.
В ЕЕ РЕПЕРТУАРЕ – БОЛЕЕ 50 ОПЕРНЫХ ПАРТИЙ. ОНА БЫЛА ЗВЕЗДОЙ БОЛЬШОГО И МАРИИНСКОГО ТЕАТРОВ,
ПЕЛА ВЕДУЩИЕ ПАРТИИ НА СЦЕНЕ МЕТРОПОЛИТЕН ОПЕРА И ЛА СКАЛА И СТАЛА ЕДИНСТВЕННОЙ РОССИЙСКОЙ
ПЕВИЦЕЙ, ИСПОЛНИВШЕЙ СЛОЖНЕЙШУЮ ПАРТИЮ САЛОМЕИ НА ПОДМОСТКАХ САМЫХ КРУПНЫХ ТЕАТРОВ МИРА.
МЫ ВСТРЕТИЛИСЬ С ЛЮБОВЬЮ КАЗАРНОВСКОЙ ВО ВРЕМЯ ЕЕ ВИЗИТА В ДУБАЙ, ГДЕ 9 МАЯ ОНА ВЫСТУПИЛА НА
ПРАЗДНОВАНИИ ДНЯ ПОБЕДЫ.
Беседовала ИринаМалкова
Культура
/ 113
КУЛЬТУРА & ИСКУССТВО
/ ИЮЛЬ – АВГУСТ 2015