Russian Emirates # 15 (September - October 2006) - page 43

-* '& 45:-&
$ 6 - 5 6 3 &
границы – выражение “today itself ” стоит в одном ряду с
таким шедевром, как “VERY good morning” в ответ на ваше
обычное приветствие “Good morning”.
Самыми изобретательными в плане сочинительства
новых речевых оборотов, пожалуй, можно смело назвать
выходцев из Индии, повсеместно, к месту и не к месту
вставляющих в предложения слово “only” («только»). На-
пример, парафраз “bukra only” в Эмиратах вообще никого
не шокирует, так как все прекрасно знают, что это означает
«только завтра» (где “bukra” – это действительно «завтра»,
правда по-арабски). Или, представляясь и сообщая из каких
мест он родом, индиец может заявить “I am fromKerala
only
”,
покачивая в такт головой. Да, если вас нечаянно понесло
в магазин за пакетом муки (блинов испечь), то только на
очень дорогостоящих пачках из европейских стран вы
найдете столь привычное английское “flour”. Более эконо-
мичные варианты того же продукта именуются просто “all
purpose maida” (что примерно означает «мука, пригодная
для любой выпечки», только слово“maida” – из Индии, а “all
purpose” – из Туманного Альбиона) или совсем непонятное
“chapatti aata” (тоже мука, только серая и специально для
чапатти – индийских пресных лепешек).
Еще одни «творцы языка» – конечно ливанцы, в мас-
се своей работающие, кстати, в рекламно-издательском
бизнесе, бродкастинговых компаниях и на телевидении, а
также в крупнейших PR-агентствах. Именно им принадле-
жит авторство таких словосочетаний – “merci ktir” (“merci”
– фр. спасибо, “ktir” – араб. большой) и “double zero hero”
(восхищение человеком, попавшим на страницы Hot 100).
Благодаря этим активным ребятам появилась в Дубае и
такое устойчивое выражение, как “media city cedar effect” (ха-
рактеризующее тенденцию руководителей медиа-компаний
принимать на работу родственников; “cedar” – англ. кедр,
является символом Ливана и украшает государственный
флаг страны). Ну и как тут не вспомнить такие блестящие
образчики баннерной рекламы, придуманной всё теми же
авторами, как “Fi Masafi?” (где “fi” - это «есть» по-арабски,
а “Masafi” – местный бренд питьевой воды и соков) или
“Dandruff Khalas” (что-то вроде «Прощай, перхоть!» в рекла-
ме шампуня, где “khalas” – араб. конец, хватит).
Безусловно, и британцы, выступающие за чистоту
родного языка, напридумывали, сидя в барах и ресторанах,
собственных, относящих к Дубаю, идиом. Как вам такие:
“eau de taxi” (по аналогии с “eau de perfume” означает харак-
терный запах, ассоциирующийся с дубайским обществен-
ным транспортом), “gulf bore syndrome” (невозможность
поговорить о чем-либо кроме недвижимости, пробок на
дорогах и «культурной пустыне» данного региона) или “BR
time” – это, когда назначается довольно условное время
встречи - “Let’s say eight o’clock BR time”(где “BR” – это на-
чальные буквы от Beach Road)?
Наши ребята тоже в долгу не остаются и вносят свою
посильную лепту в формирование дубайского диалекта
английского. Можно даже не говорить о том, что практи-
чески любой иностранец, встретив русского, бойко выпалит
набор из «привет», «как дела» и «хорошо». Очень возмож-
но, что в Dinglish Dictionary, если таковой когда-нибудь
выйдет в свет, наряду с привычными “hey” и “hello”, будет
и “privet”. Кроме того, наши отличаются замечательной
способностью пристегивать к любому английскому словеч-
ку русские окончания. Так появляются «раундэбауты» (от
англ.“roundabout”- кольцевая дорожная развязка), «воч-
мэны» (от англ. “watchman” – вахтер, сторож), «спрингсы»
(вариант названия микрорайона Springs), «билдинги» (от
англ. “building”- здание) или «риал-истейты» (если сооте-
чественник вдруг работает в риэлтерской фирме – англ. real
FC...,33,34,35,36,37,38,39,40,41,42 44,45,46,47,48,49,50,51,52,53,...BC
Powered by FlippingBook